[personal profile] irussia
Начало здесь.

   Конечно, не я заметила машину, а меня узнали еще издалека по описанному мной наряду. Машина развернулась и подъехала ко мне со стороны спины, видимо, иначе маневр получиться не мог. Двери открылись и, широкоплечий атлант со светящимися глазами и широкой улыбкой теряющейся в его густой бороде, будто одним движением выбрался из машины и все тем же бархатным голосом пригласил меня сесть на сидение рядом с водителем, которое занимал сам до выхода из нее.

В машине мы познакомились.
- Андрей, а это мой друг Павел, - указал он на водителя, а тот в свою очередь кивнул головой.
Мы перебросились парой фраз, определив направление движения и, поехали к выбранному мной месту дальнейшего общения. Через 5 минут мы уже сидели  в  одном из немногочисленных кафе в городе, которое было открыто в начале двенадцатого дня в предпраздничный выходной день, а два широкоплечих атланта, с которыми я только что познакомилась, сидели с обеих сторон от меня за засаленным столом.  Вчерашний активист общения со светящимися глазами и бархатным голосом с именем Андрей был в красивой кожаной куртке из дорогой мягкой кожи светло коричневого цвета с рыжим оттенком с множеством карманов и видимо очень удобной в носке и любимой им. Из-под курток моих новых знакомых виднелись уже знакомые со вчерашнего вечера свитера, в которых они и предстали нам при разгрузке товара. Я всегда обращала особое внимание на трикотажные вещи, так как профессионально вязала и спицами и крючком и большая часть моего сногсшибательного, по словам моих знакомых, и неординарного гардероба состояла именно из само-придуманных и само-вязанных вещей. Мне любезно предложили что-то заказать, но я как девочка скромная заказала лишь чай, отказавшись от бутербродов с семгой, которые заказали они, да и только что из дома я не ощущала необходимости в данном подкреплении, ведь завтрак был не так давно. Хорошо, что далее разговор не стартовал с места в карьер, как вчера – рассуждала про себя я, в противном случае я бы ушла сразу, не раздумывая. Мне начали рассказывать о себе - они моряки, в голове у меня пронеслось - моряк ребенка не обидит, так как папа у меня тоже был моряком на гражданском флоте в далеком прошлом, я даже сказала это вслух, чем удивила их и даже вызвала интерес сложившимся стечением обстоятельств. Болтали о чем-то отвлеченном, знакомились ближе. Мне сразу сообщили, что оба они женаты, серьезны в жизни, ответственны. Через 20 минут мужчина с рельефными мышцами по имени Павел, видимо взявший на себя функцию переговорщика на этот раз, все-таки стартовал выстрелом в воображаемый карьер словами:
- Андрей приглашает тебя в Питер на все праздники. На все три дня. По стечению обстоятельств он остался один на все эти дни и ему необходима компания для походов в театры, музеи и просто собеседница, а  10-го вечером он тебя посадит в поезд и, к началу рабочей недели ты однозначно успеешь.
   Андрей же в этот момент сидел напротив меня с горящими фарами глаз, видимо не проходящими со вчерашнего дня, и его бархатный приятнейший голос молчал, перепоручая озвучить свои желания более опытному или более решительному другу. Скорее всего, после вчерашнего резкого отказа, не надеясь на свое умение и силы в убеждении слабого пола. После озвучивания предложения Андрей и Павел по мановению невидимого дирижера карточным веером разложили на грязном столе в кафе свои документы, имеющиеся при себе. Они обещали мне голосом Павла и светящимися фарами глаз Андрея полную безопасность, отдельную комнату в квартире Андрея, все блага женского дня в течение трех дней взамен на мою компанию в культурных мероприятиях. Видимо они наивно полагали, что я что-то запомнила из написанного в каждом документе, разложенном на столе, а может наоборот, надеялись, что не запомнила ничего. Как-то не думалось тогда об этом, а вспоминалось о том, что праздники начинаются, а ни подруги, ни тот мальчик с дискотеки не звонят, тех, кого я застала, уже имеют планы или заболели и похоже встречать придется одной. А так не хотелось этого тем более в этот праздник… Тем временем Павел и Андрей мне дали номер телефона квартиры, в которую меня приглашали, чтобы я оставила родителям для контроля ситуации, я записала его аккуратно в блокнот, но все раздумывала. Павел, ведущий со мной переговоры, сказал:
- Ты понимаешь, что в Питер тебя приглашает Андрей, а не я? А то ты все время на меня смотришь.
И тут, я осознала что он заметил – я действительно сама того не осознавая не смотрю в глаза Андрея. Верно, ведь я не могу отражаться в светящихся фарах, хотя по отрывочным фразам он оказался адекватен и не делал непристойных предложений, как вчера. Я стала чаще переводить глаза на Андрея, и все время подтверждала свое первое впечатление, взгляд у него действительно светится. А Павел, чувствуя, что я пока и не собираюсь принимать решение начал рассказывать, как они вчера провели время в сауне и проруби. А после, сели друг напротив друга и, молча встретившись глазами, Павел, знающий Андрея с детства, понял, что надо вернуться назад на 70 километров, сломав планы на весь предпраздничный день за той, что так решительно отказала, а не ехать прямо оттуда в Питер, и вот они здесь.
   Странно было слышать это предложение, какая-то безрассудность сквозила во всем этом. Два взрослых мужчины старше меня уговаривали меня же сделать мне праздник, но в Питере. За полтора часа в кафе я уже свыклась со светящимся взглядом Андрея, послушала еще много чего интересного, начала успокаиваться адекватности и интересности собеседников. Еще раз подумала, что если не поеду, точно останусь тут одна и буду сидеть дома с салатом и грустно ковырять вилкой и днем и вечером, и видимо следующим днем тоже и как же мне этого не хотелось, ой, как не хотелось. За этими мыслями меня и застали бесовские искры решения - а почему бы и нет? Но я поставила свои условия, я выходила из дома с намерением купить себе подарок и мне это нужно сейчас осуществить, а потом заехать домой, чтобы собраться. Они были согласны на все и могли ждать сколько угодно, но одну за подарком меня не отпустили, я была под жестким прицелом, видимо предвиделось мое бегство.
   Машина была поставлена максимально близко к рынку, где я намеревалась сделать покупки. Но мне все-таки удалось оторваться от них на пять минут, убедив обоих, что я никуда не денусь. Мне не хотелось, чтобы кто-то из них увидел, что именно явилось моим подарком для себя, а новая пудреница уже лежала у меня в сумке и тихо грела завершенностью намеченного. Мы подъехали к моему дому и, мои новые знакомые и попутчики на ближайшие полдня ждали в машине, пока я соберу вещи. А я первым делом принялась звонить своей подруге, отмечающей праздник дома по причине болезни. Я рассказывала ей в течение 10 минут историю вчерашнего непристойного предложения и моего категоричного отказа и сегодняшнего безрассудства, на которое меня уговорили в кафе. В конце разговора я просила ее перезвонить мне завтра по Питерскому номеру, который аккуратно был записан в записной книжке еще в кафе, продиктованный мне обоими и проконтролировать все ли со мной будет в порядке завтра утром или днем и еще сделать звонки на ее усмотрение в два следующих дня. Я вздохнула, когда она согласилась со словами:
- Ну что с тобой делать, я думаю, будет интересно, обязательно сходи в …, посмотри …. - Это я уже не дослушала, пообещав рассказать и выслушать все по телефону уже из Питера, ведь времени было мало.
   Вещи я собрала достаточно быстро и задержала всех,  в общей сложности  на час, со сборами и телефонным разговором и вот мы выехали. У меня была небольшая дорожная замшевая сумка из разноцветных приятных оттенков кусочков кожи, подходящих изумительным образом под все мои наряды. В сумке лежал шерстяной костюмом моей же ручной работы цвета тела с оттенком фиалки комбинированный гладкой вязкой спиц и ажуром крючка для театра и сапоги для создания изящного образа девушки под ослепительно желтое велюровое пальто с беретом и палантином того же цвета в котором я была одета и сейчас. Я же решила не мудрить и ехала в джинсах и каштановых ботинках под сумку, как в прочем и вышла сегодня из дома. Дорога предполагалась длинная, шутка ли, снег и лед, кругом колея и нечищеная предпраздничная дорога. Меня опять посадили на сидение рядом с водителем, видимо, чтобы лучше видеть и слышать, а Андрей сел сзади и пододвинулся ближе к нашим креслам, чтобы быть ближе своими фарами светящихся глаз к нам. Естественно в такой позе мужичине ростом 180 было не так комфортно как на первом сидении, но видимо это было ему в радость. В дороге мы перезнакомились еще ближе, выяснили, где все живут и учились, какого возраста у них дети и всякой ерунды еще с три короба. Пели их любимые песни – они затягивали, я подхватывала, если знала слова. На удивление великолепный бархатный голос Андрея точно в терцию дополнял голос Павла, и дуэт был великолепным и таким душевным.
- Мы поем в терцию? – прозвучал вопрос – как ты определила?
- Я музыкальную школу закончила - тихо ответила я и все многозначительно обернулись на меня, видимо это добавило баллов в мою копилку в их глазах.
   Я обнаружила некую разницу песен моего поколения и компании из чужого мира со своими приоритетами и интересами, что ничуть не портило приятность компании, в которой постоянно звучал великолепный бархатный голос Андрея уже разговорившегося в пути. Через несколько часов я, уже изнемогая от желания что-нибудь перекусить, предложила остановиться у какого-то кафе, на что мне было безапелляционно сказано:
- Еще рано.
   Я попыталась что-то возразить, но меня не услышали или не захотели услышать и я, будучи безумно субтильной и стеснительной тихо переваривала свой желудок еще три часа, пока наконец-таки мужчины не соизволили проголодаться. По дороге несколько раз мы почти застряли в снежных колеях наполненных колкой водой, но благополучно выбрались, сложная была трасса, долгая и интересная. Напевшись, наговорившись, обсмеявшись до безумия и уже почти породнившись, за более чем 8 часов пути, мы с Андреем были высажены у станции метро, так как Павлу было еще далеко ехать в противоположную сторону в Петергоф, а нам оставалось несколько остановок метро.
- Нам сюда…, после эскалатора налево…, дальше по платформе до конца…, остановись…, давай сядем…, наверх на эскалатор…, налево… - заблаговременно озвучивал мне предстоящий маршрут Андрей.
   Пока мы ехали в метро, он наслаждался появившееся у него возможностью наблюдать меня с другого ракурса, иного, чем заднее сидение машины с подогнутыми коленками и придвинутым торсом к первым сидениям, чтобы быть ближе к центру событий. Я инстинктивно на всем протяжении пути в метро ловила взгляд его горящих глаз на своих уже не накрашенных губах и инстинктивно облизывала их, когда они становились сухими от отсутствия помады, которая уже давно стерлась и не была накрашена заново, он смотрел только на них, чем вводил меня в некое смущение. При подходе к эскалатору мы уже выясняли его и мой возраст:
- Сколько тебе лет? - спросил он.
- 27 - ответила я,
- А мне 39 - быстро ответил он.
- О, моей маме 44, она старше тебя всего на 5 лет - заулыбалась я, вызвав недоумение у Андрея и вопросительный взгляд.
- Она меня рожала в 17, папа старше маму на 7 лет и они до сих пор любят друг друга - удовлетворила я любопытство Андрея.
- Значит я такой старый…
- Нет, мне просто в голову больше ничего не пришло для сравнения, а мама у меня молодая – заулыбалась я.
   Он был удовлетворен моим ответом, потому что хмурые морщинки на лбы разгладились и, лицо приобрело, как и прежде улыбку.
   При выходе из метро мы зашли в ближайший супермаркет для приобретения провизии к ужину. Андрей быстро выбирал необходимые ингредиенты, видимо сопоставляя с наличием в доме, оставленном им перед поездкой, и остановился надолго лишь у витрины с алкоголем. Я наблюдала за его действиями со стороны и отметила при моем приближении перемещение от самых дорогих моделей на витрине к самым дешевым и обратно к медиальному сегменту.
- Что выберем? - обратился он ко мне.
Видя его перемещения и, явное отсутствие желания тратиться, я произнесла:
- Не будем мудрить, возьмем то, что пользуется спросом у большинства. Уже вечер и нам отсутствие наибольшего числа бутылок подскажет вкусы большинства местных знатоков - и указала рукой на ниши с наибольшим отсутствием бутылок.
- Ты считаешь, что это выбор большинства понравится и тебе? - спросил он.
- Думаю, что посетители этого магазина живут неподалеку и уже не раз покупали данный продукт, а пользуется спросом то, что им понравилось и не ввело в разорение - объяснила я свою точку зрения.
- Мудро! - Произнес мой супер-маркетный гид по праздничному Питеру, обрадованный данным выбором и упаковал на кассе все приобретенное в пакеты.
Мы вышли на улицу. Оборачиваясь по сторонам, Андрей попросил:
- Подержи пакет - и полу-зашел в маленькую палатку что-то выбирая, вышел же он с бутоном нежно розовой розы на длинном стебле - Это тебе под цвет твоих губ.
Я засмущалась своим, не накрашенным губам и, заулыбалась его внимательности:
- С приездом - добавил он.
Как хорошо, что на улице было холодно и, скорее всего он не заметил, как меня бросило в краску от смущения, потому что щеки и так от мороза были окрашены. До дома шли пешком.
- Прямо…, на перекрестке налево…, сворачивай во двор…, второй подъезд…, лифт налево…, - постоянно корректировал движение Андрей.
Лифт поднял нас до квартиры, и мы вошли в темноту, щелкнул выключатель и длинный узкий коридор высветился обычными  обоями, зеркалом, заблестел остатками прежней роскоши давно не знавший ухода паркет.
 Проходи, раздевайся. Плюхнулись на пол пакеты с провизией - вот тебе тапки.
- Спасибо, у меня свои - ответила я и Андрей, пока тот быстро прошел на кухню, шаркая тапками и уже оттуда хлопая дверью холодильника спрашивал:
- Ты суп будешь?
- Какой суп?
- Борщ, а извини, он уже успел в холодильнике испортиться, пока меня не было, ну ничего, сейчас что-нибудь придумаем. - И он продолжил пока я раздеваюсь в прихожей чем-то звенеть и греметь дальше.
   Я нерешительно зашла на порог тускло и невнятно освещенной кухни в своих тапках.  Увидев Андрея, сидящего за подобием углового дивана, сделанного кустарно и забросанного какими-то ковриками, уже давно потерявшими цвет и фактурность, я остановилась. Мне как-то не хотелось проходить дальше и видеть эти странные коврики на диване, кучу пакетов, из которых он доставал купленное только что в магазине.
- Я могу сходить в душ, пока ты чем-то занят? - робко спросила я.
- Да, конечно, пойдем я все покажу.
   Вода в душе была теплой и резко пахла хлором, занавески у ванны не было, поэтому вода капала на пол и раковину. Я вымыла голову, нагрела затекшее в машине тело теплыми струями воды. Привела мысли в порядок от своего вероломства и путешествия за несколько сот километров от дома без ведома родителей. Да, я ничего не сказала им, чтобы их не волновать неадекватностью этого единственного поступка в моей жизни. Я сложила все принадлежности в свой институтский несессер, оделась во все домашнее, вытерла вымокший за это время пол тряпкой, любезно лежавшей под ванной, вышла и тихо позвала:
- Андрей.
- Проходи сюда. - Отозвался его превосходный бархатный голос в конце длинного коридора, где уже горел свет, освещая часть стола застланного скатертью, на столе уже красовалась в высокой вазе одинокая бледно-розовая роза, подаренная мне только что, а Андрей носил тарелки из кухни по длинному коридору на стол и расставлял все, я вошла. Угловая комната с двумя окнами, пианино у стены слева и рядом с ним у окна уже накрытый стол…
- С легким паром. – Улыбнулся всей бородой Андрей. 
- Спасибо.
- Пока остальное готовится, давай теперь я в душ, а тебе я предлагаю занять время просмотром видеокассеты, идет?  - С этими словами Андрей меня усадил на диван, выдал несколько диванных подушек для удобства, включил запись и удалился….
   Я поджала на диване ноги, устроилась удобнее, и стала всматриваться в экран, а там, в темно-синих робах в каком-то маленьком подвальном помещении с колоннами мужчины сидели за какими-то приборами, расположенными по стенам, а некоторые из них стояли. Обстановка на экране была напряженной. В одном из мужчин я узнала Андрея. У него на темно-синей робе был прикреплен бейдж или его подобие  с надписью «командир». На записи отдавались приказы, выполнялись какие-то включения и выключения тумблеров, клавиш и всего, что было на приборных досках. В конце всех действий на экране у какого-то тучного мужчины, которого показали крупным планом, выступил пот по всему лицу, посинели губы и он попросил валидол, тихо сел в сторонке, пока все остальные вздыхали с облегчением, видимо довольные выполненной работой. И тут меня начал охватывать тихий ужас. Какие моряки? Заключенные в робах снимают видео, потом меняются местами и каждый из зоны увозит точно такую же кассету с доказательством, что именно он командир непонятно чего. Я не знаю, как долго я смогла бы выдержать такой страх за себя и то, что сделала, согласившись на эту безрассудную поездку. Я сжалась в комок на диване с поджатыми ногами, но тут в комнату вошел с мокрой бородой Андрей и своим волшебным бархатным голосом сказал, уже не помню что. Потом начал объяснять, что я именно увидела на кассете, наверное, поняв мое резко сменившееся после просмотра состояние по округлившимся от страха глазам и сжавшемуся в пружину положению тела на диване. Голос был действительно доверительным, бархатным. Великолепным и настолько располагающим, что он мог бы им внушить собеседнику любую свою мысль и сделать ее моей изначально. Я вздохнула с облегчением: моряк подводник в нескольких поколениях, назвали в честь Андреевского флага.…
   После того как у меня посветлело в глазах и я начала распускать пружинные кольца рук, опустила на пол ноги и после еще нескольких предложений мне стало более-менее нормально, хотя еще не комфортно. Мы переместились за накрытый стол и, уже там за поздним ужином продолжали рассказывать друг другу о себе, выслушивая и интересуясь в первом часу ночи с незримым третьим и молчаливым слушателем за окнами в виде еще темной Питерской ночи. Не знаю, как привел нас разговор к татуировкам и я тихо сообщила:
- Ах, да, у меня тоже есть. - И, прочитав искреннее удивление на лице Андрея после небольшой паузы, и в связи с этим  увеличивающегося его интереса не торопясь раскрыла внутреннюю часть локтя, предварительно приподняв рукав шелковой клетчатой домашней рубашки.
- Вот. - Указала я пододвинувшемуся вплотную Андрею с округленными глазами на крошечную точку темно синего цвета рядом с просвечивающимся синим ручьем вены со словами, - После того как брали кровь из вены осталась татуировка. Татуировка кровью это серьезно. – Добавила я как-бы в довесок.
Он вздохнул с облегчением, и мы рассмеялись как дети. Было весело и одновременно интересно.
- Ты была замужем? - вдруг прозвучал нежданный вопрос
- Да, учились в соседних школах, дружили, ждала из армии, после 18 дня рождения через 2 недели вышла замуж, а через 3 года развелась, теперь одна. - Повисла пауза, я начала тереть глаза (симптом жажды сна, оставшийся с детства).
- Я сейчас вернусь. - Сказал Андрей и скрылся в длинном темном коридоре.
Вернулся он достаточно быстро, мы еще что-то попробовали съесть на столе, но уже ничего не хотелось. Разговор плавно перетекал в беспредельно интересно-длинный, но глаза у меня начали закрываться сами-собой.
- Пора спать, - сказал Андрей и повел меня по все тому же длинному коридору и свернул налево, - Это твоя комната.
   Я шагнула в нее и сразу обратила внимание, что комната немного больше квадратной кровати, стоящей изголовьем к одной стене, чернота не завешенного шторой окна, очень тусклый боковой свет бра дополняется двумя большими зажженными свечами в низких подсвечниках, кровать была застелена, подушки ждали меня, я обернулась к Андрею и сказала:
- Я больше вас не задерживаю…
Он отступил в коридор и скрылся за дверью, неплотно прикрыв ее. Я переоделась, и тут опять появился у чуть приоткрытой двери Андрей, светя добрыми и надежными глазами как фарами в тусклую комнату.
- Тебе что-то нужно?
И тут я начала понимать, что мне страшно в комнате, возможно, эти мысли мне внушал он, возможно, я сама вспомнила свой страх темноты с детства и помножила его на страх чужой пустой четырехкомнатной квартиры, черного проема, не зашторенного окна и, поделила на меня песчинку на большой уже спящей планете земля.
- Ты хочешь остаться? - Спросила я его, он тихо кивнул,  - Тогда не раздеваться, спать под разными одеялами и не трогать меня. Ложись со стороны окна. - Поставила условия я.
Он с радостным видом кивнул головой, повинуясь, и кошачьим бесшумным движением просочился в комнату прямо в халате. Достав откуда-то второе одеяло, устроился у окна, не трогая и не касаясь меня он, эргономично повторил контуры моего лежащего тела, не соприкоснувшись с ним ни в одном месте, вдобавок обвил мою подушку, как бы взяв все под свою защиту, и замер. А я ощутила какое-то странное спокойствие, безмятежность как во время штиля – все улеглось, нет ни страхов, ни переживаний, он как отрезал от меня своим телом, лежащим со стороны страшного черного окна внешний неспокойный мир.
В чужой постели мне не засыпалось, несмотря на тяжелые веки, некомфортно, огромная подушка приносила неудобство и общую невозможность сна. Пришлось, смущаясь попросить что-то маленькое подобие диванной подушки, которая больше напоминала мою привычную удлиненную и менее набитую пухом…. В общем, пребывание на новом месте приносили мне безумное спокойствие и, тем не менее, отсутствие сна….
Практически сразу началось позвякивание рельс под окнами, монотонный стучащий звук, пробивающийся сквозь живой Андреевский заслон.
- Это что? – Встрепенулась я.
- Это трамваи, все в порядке, спи. – Ровным всезнающим голосом откликнулся Андреевский заслон.

( Читать дальше... )
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

Irussia

November 2013

S M T W T F S
     12
3456 789
101112 13141516
17181920212223
24252627282930

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 12:41 am
Powered by Dreamwidth Studios